Интервью с Павлом Ложкиным, заместителем генерального директора компании АНДЭК

Аватар пользователя Lindt
Автор: Наталья Мутель, Ответственный редактор BISA
(0)
()
Опубликовано в: ,

Государственная Дума приняла законопроект Резника «О внесении изменений в статью 39 Федерального закона "О национальной платежной системе». Положение законопроекта предусматривает, что части 2, 4 - 8, 11 - 16 статьи 9 161-ФЗ вступят в силу, спустя 30 месяцев со дня официального опубликования Закона (то есть на год позднее, чем предполагалось ранее).

В пояснительной записке к законопроекту сказано, что необходимость в переносе сроков связана с:

Отсутствием возможности уведомления основного объема клиентов.

Высоким риском стагнации процессов развития индустрии безналичных платежей на территории РФ.

Как бы вы прокомментировали это событие?

Это просто отсрочка, поскольку закону уже более года, дата введения в действие 9-й статьи была известна давно, за это время вполне можно было проинформировать всех клиентов и собрать актуальные контактные данные, но банки просто выжидали и ничего по сути не делали. Ничего не изменится и за еще один год. Это как в восточной мудрости “может быть,  падишах умрет…а может ишак научится петь” – банки по прежнему надеются на полную отмену положений 9-й статьи, обязывающих банк возмещать денежные средства в случае мошенничеств , и выиграли себе время на то, чтобы этот процесс инициировать. И делать ничего не будут по факту. По поводу  высокого  риска стагнации процессов развития индустрии безналичных платежей на территории РФ могу сказать следующее: если не бороться с мошенничеством должным образом , вот тогда очень вероятна стагнация и уменьшение использования средств безналичных платежей ввиду неприемлемого уровня риска, с ними связанного. К 9-й статье закона об НПС это не имеет прямого отношения.

Многие банки прогнозировали в связи с вступлением в силу 9 статьи сильное увеличение мошенничества: недобросовестные клиенты смоги бы прикрываться этой статьёй, так как не до конца было понятно, как будут реализовываться требования закона, и это было бы на руку мошенникам.

Банкам пришлось бы расплачиваться за недобросовестность и безграмотность клиентов. А поскольку банки не являются организациями, которые могут эффективно проводить расследования, это ещё более усугубило бы положение вещей.

Как вы уже упомянули, согласно перенесённой статье закона, вся ответственность за действия клиента ложится на банки. Повлиял ли на перенос  тот факт, что большая часть населения до сих пор очень безграмотна в вопросе электронных платежей и будут ли этот уровень грамотности как-то подтягивать?

За десятилетний период Россия прошла тот путь, которые западные страны проходили за 30-40 лет. А вот по количеству компьютеров мы превосходим многие развитые страны. Получается картина «мартышка и очки». Культура пользования компьютером, Интернетом достаточна низкая, отсюда и проблемы. Банки должны проводить и будут проводить просветительскую работу со своей аудиторией. Это должна быть регулярное, постоянно повторяющееся донесение информации до пользователей банковского продукта. Клиент в результате должен понять, что совершая ошибочные действия, он залезает к себе в карман: да, деньги ему возместят, но, стоят ли полученные деньги  того времени и тех нервов ,которые придется потратить на доказательства и и разбирательства.

В результате переноса сроков введения 9й статьи ничего не изменится. Те банки, которые наладили информирование своих клиентов, так и будут продолжать это делать. А те, которые нет, – вряд ли. Времени для подготовки было более, чем достаточно – почти полтора года с момента принятия закона об НПС, да и проблема эта появилась уже много лет назад, куда раньше, чем даже началась разработки этого закона.

Одной из причин переноса стал тот факт, о котором вы упомянули выше: банки не могут эффективно проводить расследования. В чём причина того, что правоохранительные органы пытаются снять эту функцию со своих плечей, и сможет ли эта ситуация измениться за год?

Есть две картины. Идеальная картина такова, что полиция должна полностью заниматься борьбой с кибермошенничеством , а суды рассматривать  их в 30-дневный срок.

По факту реализация этой идеальной картины сложна , поскольку ресурсы правоохранительных органов, в частности, квалифицированные людские ресурсы, которые необходимы для эффективной борьбы с кибермошенничеством, ограничены. Специалистов мало: их просто сейчас не готовят. Суды же рассматривают такие дела месяцами: они вынуждены влезать в «техническую часть» вопроса, не владея  должной компетенцией и опытом.

Поэтому мы оказались там, где мы есть. Коммерческие банки осуществляют превентивные действия самостоятельно, зачастую нарушая закон. Ведь блокируя те или иные переводы, банк, по большому счету, нарушает закон о банках и банковской деятельности и на него можно подать в суд. Но пока банки  вынуждены это делать, иначе, их деятельность просто встанет. Не могу сказать, как изменится ситуация, но менять её надо: каждый должен заниматься своим делом.

Сейчас есть ощущение, что в связи с несовершенством законодательства и судебной системы, идёт «затыкание дыр». Проблема же не решается, то есть преступники, как таковые остаются безнаказанными и  их количество растёт, а методы мошенничества становятся всё более изощрёнными. 

Функция банка − не ловить и сажать преступников, а защищаться от потерь.

Как я уже говорил, этим должны заниматься правоохранительные органы и суды.

Сейчас, даже собрав всю доказательную базу, и потратив на это уйму времени и ресурсов, можно получить весьма непредсказуемое решение по делу. Наши судьи не обладают достаточной экспертизой для «компьютерных» дел.

В УПК очень много статей, где чётко расписаны различные житейские ситуации, и почти никакой конкретики по поводу компьютерных преступлений.  Статья о мошенничестве, например, не ориентирована на компьютерное мошенничество. Законы  же должны быть адаптированы, должна быть разработана модель проведения экспертизы - в помощь судам. Иначе ситуация выйдет из под контроля, и компьютерные мошенничествав силу  безнаказанност  будут расти как снежный ком.

За год ситуация не изменится в лучшую сторону, более того, недавнее введение дополнительных статей в УК по мошенничеству только усложнило по факту работу по борьбе с этим типом мошенничества, поскольку глубокий анализ возможных последствий при этом изменении УК не был проведен.

Каковы ваши прогнозы на ближайший год. Есть ли вероятность того, что банки за год смогут подготовиться к требованиям закона или в его текст будут внесены изменения, адекватные реальному положению вещей?

Банки не будут активно вводить меры по противодействию мошенничеству, поскольку банк является сугубо коммерческой организацией, ему не интересно заниматься борьбой с мошенниками или их поимкой, его профильная деятельность – это зарабатывание денег и максимально возможное снижение своих  потерь, а один из механизмов такого снижения, наиболее удобный для банка  – перекладывание этих потерь на клиента. Так что банки будут продолжать пытаться добиться отмены тех положений 9-й статьи, которые им неудобны.

 

 
Комментарии в Facebook
 

Вы сообщаете об ошибке в следующем тексте:
Нажмите кнопку «Сообщить об ошибке», чтобы отправить сообщение. Вы также можете добавить комментарий.